Роман Лорана Гунеля «Бог всегда путешествует инкогнито» давно разобран на цитаты. Это история о человеке на грани отчаяния и о встрече, которая меняет всё — идеальный материал для разговора о внутренней свободе, страхе, вере и границах, которые мы сами себе выставляем. Театр «Многоточие» взялся за эту непростую тему — и уже за это режиссёру и труппе можно сказать спасибо. В наше время, когда театр часто уходит в легкие комедии или абсурд, рискнуть поставить философскую прозу — поступок, достойный уважения.
Замысел, достойный масштаба
Спектакль задаёт правильные вопросы. Можно ли изменить себя, не потеряв себя настоящего? Где грань между развитием и подчинением? Всегда ли помощь приходит в той форме, в какой мы её ожидаем? Эти темы сегодня звучат остро, и уже то, что зал покидает не с лёгкой усмешкой, а с внутренним движением, — большой плюс постановки.
Актерский состав — безусловная удача. Андрей Дубоносов, Сергей Фатьянов, Лилия Журавлева, Эдгард Арутюнов и другие артисты работают с полной отдачей. Их энергетика, искренность и умение держать внимание зала чувствуются в каждой сцене. Особенно хочется отметить слаженность ансамбля: даже в моменты, когда драматургия давала сбои, актёры удерживали эмоциональную вертикаль спектакля.
Фотографии с сайта театра «Многоточие»
О сложностях композиции
Однако постановка оставила ощущение, что материал потребовал большего времени, чем ему было выделено. Книга Гунеля глубока и масштабна, она строится на системном разворачивании внутреннего мира героя. В спектакле же мы видим пунктир — яркие, сочные куски, которые не всегда соединены между собой логическими мостиками.
Создатели, видимо, сознательно пошли на жесткое сокращение, и здесь есть над чем подумать. Мне кажется, смело можно было бы сделать три часа с антрактом — это позволило бы сохранить линии повествования, дать больше глубоких диалогов, объясняющих мотивацию героев. В текущей версии некоторые важные мысли действующих лиц остались за кадром, и зрителю, не знакомому с книгой, порой трудно понять: а почему персонаж поступает именно так?
Особый вопрос вызывает изменение профессионального статуса главного героя. В книге он занимал достаточно высокий пост, в спектакле же становится HR-менеджером. А сцена, где его буквально за одну речь назначают президентом компании, выглядит скорее как красивая метафора, чем как жизненная правда. Для зрителей, знакомых с корпоративной реальностью, этот момент режет глаз. Возможно, режиссёр хотел создать сатиру на современных коучей и инфоцыган — такой ход имел бы право на жизнь, если бы был подчёркнут стилистически. В контексте же серьёзной психологической драмы он смотрится инородно.
Эмоции vs глубина
В спектакле чувствуется желание вызвать у зрителя сильные эмоции — порой через внешние, почти эпатажные приёмы: крики, сцены, имитирующие роды, нарочитую сексуализацию. Это энергично, но иногда перекрывает главное — ту самую глубину, за которую ценят роман Гунеля.
Мне кажется, эти минуты можно было бы использовать более конструктивно: например, отдать их тем диалогам из книги, которые остались за бортом. Ведь у Гунеля есть гораздо более интересные, тихие и пронзительные моменты, которые в спектакле, к сожалению, не прозвучали. История с подготовкой публичного выступления (которое уж точно не должно занимать одно занятие с тренером) здесь сжата до одного действия — и от этого пропадает ощущение труда, постепенности, той самой «терапии», которая составляет суть сюжета.
Вместо послесловия
«Бог всегда путешествует инкогнито» в театре «Многоточие» — это спектакль-вызов. Он не оставляет равнодушным, заставляет спорить, возвращаться к книге, переосмыслять увиденное. А это уже признак настоящего театра.
Книга дала режиссёру и актёрам отличный, благодатный материал. И то, что постановка получилась живой, азартной и во многом искренней, — заслуга всей команды. Хочется верить, что в процессе репертуарной жизни спектакль будет дорабатываться: возможно, вернутся некоторые сокращённые диалоги, появится больше воздуха и тишины. Потенциал у этого проекта огромный.
Я уходил из зала с ощущением, что разговор не закончен. И это, пожалуй, лучший комплимент, который можно сделать театру: спектакль продолжается в голове зрителя ещё долго после того, как погас свет.
