Агротуризм в России перестал быть нишевой историей для любителей «всего натурального». Сегодня это один из самых быстрорастущих сегментов внутреннего туризма с реальными инвест-возможностями. О том, как это устроено изнутри и сколько можно зарабатывать на загородной недвижимости без лишней головной боли, рассказывает Виталина Погорила — коммерческий директор управляющей компании эко-курорта ЭКОРАНЧО, 70 гектаров в 100 километрах от Москвы.
ЭКОРАНЧО — эко-курорт в Подмосковье. 70 гектаров, деревянные дома из натурального камня и дерева, сыроварня, конюшня, ресторан с продуктами собственной фермы, бани на реке, акватермальная зона (в разработке). Инвестиционная программа: покупка дома в собственность с передачей в управление, доходность от 12 до 20% годовых.
— Виталина, агротуризм становится всё популярнее. Как вы думаете, это новое направление, который только будет набирать обороты, или же временный тренд?
— Это точно не волна. Я вижу это не по статистике, а по людям, которые приезжают к нам. Семьи из Москвы привозят детей, которые никогда не видели живую корову. И когда ребёнок впервые встречает телёнка, который тычется к нему носом, он буквально замирает. Родители потом говорят: «Мы никогда не видели его таким счастливым». Это не маркетинг, это запрос времени.
Люди устали от одинакового отдыха: бассейнов, лакшери-номеров и ресторанов. Им хочется настоящего. Город даёт комфорт, но лишает ощущения живого мира вокруг. Поэтому всё больше людей осознанно ищут контакт с природой: хотят почувствовать запах сена, сделать сыр своими руками, покормить лошадь. Это уже не тренд, а смена приоритетов.
— Почему именно сейчас люди вдруг захотели смотреть на коров и трогать траву руками?
— Я думаю, совпало сразу несколько факторов. Внутренний туризм вырос, люди стали иначе смотреть на путешествия и больше интересоваться органическими продуктами, осознанным потреблением и происхождением еды.
Но главное — многие фермеры поняли, что можно не только производить продукт, но и показывать весь процесс. Формат, где человек сам кормит животных, участвует в дойке или пробует сыр, сделанный у него на глазах, оказался невероятно востребованным. Люди увидели, что это не скучная экскурсия, а яркий опыт.
Третий фактор — соцсети. Фото семьи среди лугов и лошадей работает лучше любой рекламы. Люди видят такие кадры и хотят пережить это сами.
— Кто едет к вам чаще всего? Это просто туристы или деловые люди, кто совмещает приятное с полезным?
— Ядро нашей аудитории, это семьи с детьми. Родители, которые хотят дать ребёнку живой опыт, а не очередной аквапарк. За один-два дня мы полностью погружаем гостей в жизнь фермы. В первый день дети кормят животных и участвуют в дойке коров. Во второй знакомятся с конюшней: смотрят, как ухаживают за лошадьми, кормят и готовят их к занятиям.
А потом мы угощаем гостей продуктами собственного производства. Пельмени из нашей телятины, хачапури с сыром из сыроварни, запечённая телятина — люди сразу чувствуют разницу между фермерским продуктом и магазинным. В этом одна из главных особенностей нашего проекта.
Второй сегмент — деловые люди, которые приезжают за полной перезагрузкой. Без телефона, совещаний и новостей. Только тишина, лошади за окном и хорошая книга. Поэтому в номерах нет телевизоров, только книжные шкафы. И многие потом признаются, что именно это стало лучшей частью отдыха.
Фотографии предоставлены пресс-службой Экоранчо
— Ваш отель это 70 гектаров, сыроварня, конюшня, ресторан, бани на реке. Как вы сами объясняете людям, что это такое?
— Мы называем это эко-курортом, хотя и это определение не совсем точное. Представьте: просторные коттеджи со всеми удобствами, часть с саунами и чанами. За окном — луга, где свободно гуляют лошади и коровы. Рядом сыроварня, где гости сами делают сыр, конюшня с прогулками верхом и ресторан с блюдами из продуктов, выращенных на собственной ферме. Это не просто отель, а целая экосистема впечатлений. Назвать её гостиницей, всё равно что назвать симфонический оркестр музыкальной группой. Формально верно, но сути не передаёт.
— Вы убрали телевизоры и поставили книжные шкафы. Гости не возмущаются?
— Поначалу некоторые недоумевали. Люди привыкли к тому, что вечер в номере это сериал или новости. Но проходит буквально день, и что-то меняется. Они начинают замечать закаты, слушать птиц. Брать те книги, до которых годами не доходили руки. После отъезда многие пишут нам: «Это было лучшее решение.» Отсутствие телевизора не ограничение. Это приглашение к другому качеству присутствия. Гости уезжают более отдохнувшими, чем из обычных отелей, где есть всё «для комфорта», но по-настоящему отключиться не получается.
— Поговорим о делах. Вы — коммерческий директор. Как продавать то, что сложно объяснить в двух словах?
— Классическая реклама здесь не работает, наш продукт нужно почувствовать. Скидки тоже не работают.Ннаша аудитория ищет не выгоду, а опыт.
Мы делаем ставку на живые образы. Фотография гостя верхом на лошади или с только что сделанным сыром в руках продаёт лучше любого рекламного текста. Проводим фестивали сыра и вина — человек приезжает на день, влюбляется в место и через неделю бронирует на несколько дней.
Ну и персонализация. Мы выясняем, что важно конкретному человеку, и выстраиваем общение вокруг этого. Именно так появляются гости, которые возвращаются сами и приводят друзей.
— У вас есть инвестиционная программа — можно купить дом на территории и сдавать его вам в управление. Как это работает?
— Всё просто. Инвестор покупает коттедж премиум-класса на территории ЭКОРАНЧО — полностью меблированный, оснащённый, готовый к заселению. Дальше управляющая компания берёт на себя всё: уборку, обслуживание, привлечение гостей, аренду. Владелец при этом получает ежемесячный доход — около 18% годовых в среднем. Плюс право бесплатно жить в своём доме определённое количество дней в году. То есть это актив, который работает без вашего участия, и одновременно — место для собственного отдыха. Удобно для тех, кто хочет диверсифицировать капитал без головной боли с управлением недвижимостью.
— Какой порог входа и на что смотреть тому, кто рассматривает загородную недвижимость как инвестицию?
— Минимальный порог — 2,1 миллиона рублей, за эту сумму можно войти в долю коттеджа около 100 квадратных метров. Доходность — от 12 до 20% годовых: летом загрузка максимальная, зимой ниже, но общая картина за год привлекательная.
Тем, кто рассматривает загородную недвижимость как актив, советую смотреть на три вещи. Первое — расстояние от крупного города: мы в 100 км от Москвы, это зона комфортной досягаемости. Второе — инфраструктура: ресторан, баня, ферма, активности. И третье, это репутация управляющей компании. Именно от неё зависит, будет ваш актив работать или стоять пустым.
— С чего начинать, если есть земля или желание войти в нишу агротуризма?
— Это для тех, кто готов работать с людьми и любит детали. В агротуризме детали решают всё, от запаха в корпусе до того, насколько дружелюбно встречает персонал. Начинать надо с понимания своей аудитории, не «все туристы», а конкретные люди с конкретными запросами. И с уникальной концепцией: просто «красивый домик в деревне» уже не работает.
Главные ошибки в том, что копируют чужой проект без учёта местной специфики, экономят на сервисе и думают, что красивые фотографии сами продадут продукт. Не продадут. Агротуризм, это про живые эмоции, их нельзя сымитировать.
— И последнее. Куда движется агротуризм в России через 3–5 лет?
— Рынок будет расти быстро. Появятся новые форматы — эко-виллы, образовательные фермы, гастрономические туры. Государство усиливает поддержку сельского хозяйства, и это даст дополнительный импульс.
Те, кто займёт нишу сейчас, получат лояльную аудиторию и узнаваемый бренд. Построить их за год-два невозможно. Те, кто будет ждать, войдут на зрелый конкурентный рынок без преимуществ и будут воевать за каждого гостя там, где первопроходцы давно чувствуют себя как дома.
Агротуризм, это не про деревню. Это про новое качество жизни, и этот запрос только набирает силу.
